logo

Мира Александровна Мендельсон-Прокофьева

О Сергее Сергеевиче Прокофьеве

Воспоминания, дневники (1938–1967)

Издание можно заказать в нашем магазине
  700
осталось мало

Всероссийское музейное объединение музыкальной культуры имени М.И. Глинки

Куратор издательских проектов музея Генеральный директор ВМОМК имени М.И. Глинки М.А. Брызгалов

Научная редакция, Предисловие и Комментарии научный сотрудник ВМОМК имени М.И. Глинки Е.В. Кривцова

Координатор проекта Ученый секретарь ВМОМК имени М.И. Глинки Т.В. Гинзбург

Рецензент доктор искусствоведения, профессор Московской государственной консерватории имени П.И. Чайковского Е.С. Власова 

СОДЕРЖАНИЕ
  • Предисловие 
    • Е.В. Кривцова Рядом с Прокофьевым 
  • Часть первая
    • Воспоминания: август 1938 года – март 1941 года 
    • Пометы и замечания С.С. Прокофьева 
  • Часть вторая
    • Воспоминания: 19 марта 1941-го – 31 декабря 1942 года 
    • Пометы и замечания С.С. Прокофьева 
    • 1943 год 
    • 1944 год 
    • 1945 год 
    • 1946 год 
    • 1947 год 
    • 1948 год 
    • 1949 год 
    • 1950 год 
  • Часть третья
    • Дневники: 1951–1967 годы 
  • Комментарии 
  • Указатель упоминаемых сочинений С.С. Прокофьева 
  • Указатель имен
О Сергее Сергеевиче Прокофьеве.
Книжное издание МИРА АЛЕКСАНДРОВНА МЕНДЕЛЬСОН-ПРОКОФЬЕВА О СЕРГЕЕ СЕРГЕЕВИЧЕ ПРОКОФЬЕВЕ Воспоминания. Дневники (1938–1967) Художник М. Цветкова,  Редактор Э. Плотица,  Подготовка фотографий к печати С. Новоселов Дизайн и компьютерная верстка Е. Вороновой Форм. бум. 70х100 1/16 . Печ. л. 39,5 + 2,5. Уч.-изд. л. 43,45. Изд. No 11666.  М.: Издательство «Компози- тор», 2012. — 632 с., илл.   
Поделиться страницей:
ФРАГМЕНТ

Рядом с Прокофьевым

Потомки не смогут понять трудного и славного времени,
которое мы еще вправе называть нашим,
не вслушиваясь в произведения Сергея Прокофьева
и не задумываясь над его необычной судьбой.
И. Эренбург

Сергей Сергеевич Прокофьев с легкостью «перешагнул» рубеж нового тысячелетия. Его сочинения, ставшие классикой уже в ХХ веке, звучат на концертной эстраде и театральной сцене почти сто лет, «осыпая человечество изобилием торжествующего добра, устоявшего среди стольких испытаний», по определению Марии Вениаминовны Юдиной1. Эстетическая ценность музыки, сила ее воздействия на слушателя обусловили неугасающий интерес к личности композитора, что побуждает обратиться к биографии Прокофьева с точки зрения современности, в русле переосмысления истории русской музыки в так называемый советский период. На этом пути в процессе «демифологизации» наших представлений о прошедшем немало препятствий и порой горьких открытий – судьба композитора тесно переплелась с трагической историей России ХХ века.

О Прокофьеве написано немало музыковедческих исследований, гораздо меньше биографических трудов, освещающих жизненный путь Великого Художника2. Одаренный литературным талантом, ярким, оригинальным, Прокофьев многое поведал миру о себе и своей музыке сам: в блестящих Дневниках, неоконченной Автобиографии, занимательных рассказах и мудрых сказках3. Лакуны и ниши умолчания в биографии Прокофьева, связанные в прошлом с идеологическими установками и политикой СССР в области культуры, постепенно восполняются публикациями неизвестных прежде материалов: документов, писем, воспоминаний современников Прокофьева4. Среди достаточно обширной мемуарной прокофьевианы особое место занимают Воспоминания второй жены композитора Миры Александровны Мендельсон-Прокофьевой. Прежде всего, их ценность состоит в значительности объекта Воспоминаний – биографии Сергея Прокофьева с 1938 по 1953 год. Основная часть информации о жизни композитора после переезда в Советский Союз отложилась большей частью в официальных источниках, главной задачей которых было «давать <...> событиям и фактам “единственно правильное” освещение, каковое в соответствии с потребой дня, образом правления и волей правителей, знай, переливалось красками, наподобие разноцветных лучей прожекторов вокруг цирковой арены»5. К такого рода материалам относятся выступления композитора в прессе и по радио, протоколы заседаний, официальные постановления, резолюции, упоминания на страницах газет и журналов, программы и афиши концертов. Но «былое, заимствованное из официальной печати и процеженное сквозь цензуру, – скудный, порой безнадежный источник. Если связь былого и дум очевидна, то одно познание этого факта требует получения для настоящих раздумий натурального былого»6. Примером такого былого является знаменитый Дневник, который Прокофьев вел с 1907 по 1933 год. Далее дневниковые записи сохранились лишь в записных книжках Прокофьева7. Как и прежде, композитор фиксировал дела, события и мысли в зашифрованном и сокращенном виде. Раньше он находил возможность и время, чтобы придавать записям «литературный» вид (по определению Прокофьева – «догонять дневник»). Но в связи с переездом семьи в Москву, интенсивной сочинительской деятельностью, возросшими общественными обязанностями8 продолжение Дневника было отложено. Впоследствии Дневник трансформировалсяв иной мемуарный жанр – Автобиографию, в которой Прокофьев, не полемизируя с Дневником, в чем-то переосмысливает прошлое. На вопрос, боялся ли Прокофьев вести дневники после переезда в СССР во времена сталинского террора, когда люди исчезали за неуместную шутку или невинное письмо, написанное «не тому» или полученное «не от того», существует определенный ответ. Опасений не могло не быть: об этом – в его Дневниках, начиная с первого приезда в СССР в 1927 году, – репрессиям подверглись его близкие родственники9. Прокофьев не питал иллюзий относительно советской действительности, называя верно и емко суть политического антуража «Большевизии» «клопами в красных бархатных диванах». Не случайно при переезде в Москву Прокофьев оставил Дневник на хранении в сейфе США вместе с материалами своего архива.

Так или иначе, в жизни композитора, напоминавшей порой шахматную партию, «ход» – возвращение в Россию, был сделан, и в 1937 году «советский» Прокофьев на основе своих Дневников начал писать Автобиографию – другой литературный жанр и «другой» Прокофьев. На этом фоне с конца 30-х, не подменяя, скорее продолжая его Дневник, в роли «натурального былого» с полным правом выступает мемуарное наследие второй жены композитора Миры Мендельсон. Ее воспоминания – многоуровневый и многомерный комплекс источников: черновые записи, рукописный дневник и, наконец, литературно обработанный мемуаристкой машинописный текст. Далее для удобства весь этот мемуарный пласт будет называться Воспоминаниями. Подразумевалось, что их машинописный вариант, созданный в соавторстве с Прокофьевым, станет окончательным: предварительно композитор просматривал и правил черновики Миры. Пометы и замечания Прокофьева сохранились на отдельных листах, на полях рукописи и машинописного текста Воспоминаний. Косвенное влияние на эту работу оказала Автобиография, над продолжением которой с 1945 года Прокофьев трудился параллельно: тот же подход к использованию в тексте писем, документов, вспомогательных материалов из других источников, те же принципы структурирования материала. Так, по желанию Прокофьева, в текст Воспоминаний включены некоторые эпизоды его жизни, фрагменты его переписки и цитаты из других источников. Например, рассказ Прокофьева об Эйзенштейне (потеря шотландского шарфа и портфеля с нотами), история создания балета «Ромео и Джульетта» и сенсационный в каком-то смысле документ, который можно обозначить как «Оперная декларация Книппера – Прокофьева».

Мира, от лица которой ведутся воспоминания, добросовестно занималась оформлением рекомендаций Прокофьева – исправляла, переписывала, печатала текст на машинке12. Ее речь, манера выражать свои мысли, литературный стиль в Воспоминаниях преобладают: нет прокофьевской легкости языка, изящества формы, образности, в которой, по восхищенной оценке Эйзенштейна, «только Стендаль равен ему». Воспоминания страдают зажатостью, порою невнятны и литературно невыразительны. Из неоспоримых достоинств мемуаров – высокая степень достоверности изложенного. Мира трепетно относится к слову и мысли Прокофьева, передает их последовательно, аккуратно, точно. «Блестки» прокофьевской речи, его неподражаемого юмора щедро рассыпаны по тексту Воспоминаний, что повышает их ценность....

+7(495)650-1670

kompozitor@ikompozitor.ru

© 2007-2017
Издательство КОМПОЗИТОР
Сделано в студии ИМАГРА. Создание и поддержка сайтов

0.117s